Посольство Российской Федерации во Франции
Телефон посольства: +33.1.45.04.05.50
Телефон консульского отдела: +33.1.45.04.05.01
/При возникновении ЧП: +33 1 45 04 61 23 / e-mail: consulat.russe.sos@gmail.com
20 июля / 2018

Интервью Посла России во Франции А.Ю.Мешкова МИА "Россия сегодня", 20 июля 2018 года

1525036161

Посол РФ во Франции Алексей Мешков рассказал в интервью РИА Новости о том, как чемпионат мира по футболу изменил восприятие России в глазах французов и французских СМИ, о потеплении отношений Москвы и Парижа и перспективах экономического взаимодействия, сотрудничестве по урегулированию кризисов в Сирии и на Украине.

— Алексей Юрьевич, вы заступили на пост посла около года назад, в непростое для отношений между странами время. Какие задачи уже получилось решить, какие новые цели поставлены? С приходом к власти во Франции Эммануэля Макрона поменялось ли отношение Франции к России? Видите вы ли шансы на улучшение отношений и каким образом это может произойти?

— Действительно, российско-французские отношения переживают сегодня непростой период, что связано в большей степени не с какими-то нашими двусторонними проблемами, а общим похолоданием между Западом и Россией вследствие кризиса на Украине. В то же время именно с приходом к власти во Франции в 2017 году молодого и энергичного президента Эммануэля Макрона в наших двусторонних связях наметилась явная тенденция к потеплению.

Я прибыл во Францию в ноябре 2017 года, когда новые ростки в российско-французских отношениях только начинали проглядывать. Состоялась первая встреча президента Путина с Эммануэлем Макроном в мае 2017 года в Версале, постепенно активизировался политдиалог и сотрудничество в ряде других областей. Начинать посольскую службу в таких условиях весьма ответственно, не просто, но и чрезвычайно интересно. Я постарался сразу же включиться в работу и всемерно содействовать укреплению этой позитивной тенденции.
Конечно, между нами и сейчас сохраняются серьезные разногласия по ряду важных сюжетов международной повестки дня, не все двусторонние механизмы сотрудничества разморожены. В то же время диалог и взаимодействие расширяются во всех областях. Президент Франции побывал в России с ответным визитом 24-25 мая, а затем в ходе ЧМ 15 июля, вновь встретившись с Владимиром Путиным. МИДы двух стран ведут плотные консультации по широкому спектру вопросов, улучшаются торгово-экономические показатели обменов. Но сделать еще предстоит немало. Цель же вполне ясна — вновь вернуть российско-французским отношениям характер стратегического парнерства. Шансы для этого есть, поскольку такая задача в полной мере отвечает глубинным интересам народов наших стран.

— Президент Путин заявил в воскресенье на встрече с президентом Франции Эммануэлем Макроном, что в ближайшее время должна пройти встреча в рамках большой межпарламентской комиссии. Какие вопросы планируется обсудить, на какие результаты нацелены стороны?

— 25 июля в Москве на площадке Государственной думы РФ после пятилетнего перерыва пройдет очередное заседание Большой межпарламентской российско-французской комиссии (БМК), в работе которой примут участие депутаты нижних палат парламентов двух стран. Ожидаем представительную делегацию Национального собрания Франции во главе с ее председателем Франсуа де Рюжи.

Событие важное, оно отражает все более явный обоюдный настрой вместе двигаться в сторону полной нормализации двусторонних отношений. На повестке дня БМК российско-французское межпарламентское взаимодействие в поиске путей повышения взаимного доверия, создания новой системы безопасности в Европе, противодействия современным вызовам, а также отношения Россия-Европа и Россия-Франция.
Планируется рассмотреть ситуацию на Ближнем и Среднем Востоке, возможности сотрудничества по решению региональных проблем. Депутаты поговорят о культурном, научном сотрудничестве, университетских и молодежных обменах.

Приветствуем возобновление межпарламентского диалога. Мы уверены, что парламентская дипломатия вернет себе ту традиционно важную роль, которую она играла на протяжении последних десятилетий в отношениях наших стран, что голос депутатов будет лучше слышен на всех уровнях, благодаря активному обмену мнениями с иностранными коллегами.

— Франция является одним из ведущих партнеров России в Европе. Как развивается торгово-экономическое сотрудничество между странами в условиях санкций? В каком секторе отмечается наибольшее присутствие французских компаний? Удовлетворены ли стороны уровнем товарооборота между РФ и Францией? Какие меры для повышения его планируется принять?

— Франция традиционно относится к числу ведущих европейских стран-инвесторов, работающих на российском рынке. Более 500 компаний с участием французского капитала представлены в различных отраслях нашей экономики. 40 российских компаний работает во Франции. Наиболее сильные позиции у французских компаний в топливно-энергетическом секторе, автомобилестроении, фармацевтике, пищевой промышленности. Из российских компаний во Франции можно выделить ОАО "РЖД" (наш основной инвестор на французском рынке), Ростехнологии, дочку Газпрома — "Газпром Маркетинг и Трейдинг", "Старсем" — совместное предприятие ГК "Роскосмос" и "Арианэспас", "Росатом Франс".

Что касается объема взаимной торговли, то здесь за последние два года мы наблюдаем неплохую положительную динамику после его резкого обвала в 2014 году. Так, в 2017 году товарооборот увеличился по сравнению с 2016 годом на 16,5% и составил 15,5 миллиарда долларов (российский экспорт вырос на 21,9%, импорт — на 13,4%). По итогам первого квартала этого года он составил 4,2 миллиарда долларов (рост по сравнению с аналогичным периодом 2017 года). Франция занимает 12-е место во внешнеторговом обороте России. Объем накопленных в России прямых французских инвестиций на конец 2017 года составил 15,26 миллиарда долларов.
Теперь, что касается мер для повышения уровня товарооборота. На мой взгляд, между нашими странами в последнее время выстраивается неплохое взаимодействие. В прошлом году удалось провести два заседания Российско-французского совета по экономическим, финансовым, промышленным и торговым вопросам (СЕФИК). А это хорошие сигналы для экономических партнеров наших стран. Безусловно, не будем забывать, что мы живем в эпоху капитализма и на уровне товарооборота, кроме санкций, также отражается чисто коммерческий подход бизнеса к сотрудничеству.

Вижу хороший потенциал для наращивания экономического сотрудничества и, следовательно, повышения объемов взаимного товарооборота в расширении двусторонних межрегиональных связей, а также контактов по линии малых и средних предприятий. Мне кажется, мы этот потенциал не используем в полную силу.

— Как вы в целом оцениваете образ России во французской прессе, есть ли некая предвзятость по отношению к стране? И насколько изменилась ситуация в связи с ЧМ по футболу?

— Скажу вам честно, зачастую, читая о России во французской прессе, я не всегда узнаю свою страну. Порой складывается впечатление, что некоторые журналисты работают по принципу "хорошая новость — это не новость".

Мы, безусловно, не могли не отметить, как заметно и в лучшую сторону поменялась риторика французских СМИ за время проведения чемпионата мира по футболу в России. Даже традиционно критически настроенные по отношению к нам СМИ писали и о высокопрофессиональной подготовке спортивного праздника, и о том, что ЧМ позволил лучше узнать нашу страну, завоевать сердца болельщиков, повысить международный престиж России. Отмечала пресса и русское гостеприимство, чистые станции метро, новые стадионы, волонтеров-полиглотов, безвизовый въезд в Россию и бесплатные поезда для обладателей FAN ID, пресс-центры для журналистов в городах-организаторах. Не обошлось без некой дежурной критики, но в целом ЧМ стал определенным индикатором — показал, что страшилки, которыми западная пресса кормила своих читателей, не имеют ничего общего с реальностью. Есть и первые плоды — простые французские граждане, узнавая на улице, в магазине или кафе россиян, благодарят за организацию ЧМ-2018, признаются, что "наконец-то узнали правду о России", что наша страна "оказывается намного-намного лучше", чем они думали и чем писала о ней французская пресса.

— Многолетние дипломатические отношения РФ и Франции были омрачены украинским и сирийским кризисами, крымским референдумом, а также последовавшими после этого санкциями со стороны ЕС. Тем не менее страны продолжают вести диалог по урегулированию конфликта на Украине. Как проходят сейчас эти переговоры? Пытается ли Париж повлиять на Киев в части выполнения минских соглашений? Есть ли подвижки по проведению очередной встречи нормандского формата?

— Вы правильно подобрали слово — омрачены. Если посмотреть в более долгосрочной исторической ретроспективе, отношения России и Франции во второй половине 20 века-начале 21 века характеризовались самым положительным образом. Это были подлинно взаимоуважительный диалог и конструктивное сотрудничество, в основе которого была прежде всего суверенная внешняя политика Франции под руководством генерала де Голля и его преемников.

Применительно к кризису на Украине, возвращению Крыма домой и войне в Сирии, к сожалению, Париж без малейших оговорок и раздумий присоединился к общеесовской и общенатовской линии и тем самым лишил себя свободы маневра, возможности непредвзято, объективно посмотреть на происходившие события, понять роль в них России и причины ее действий. Президент Франции Эммануэль Макрон, будучи прагматичным и в то же время смелым политиком, взял курс на расширение диалога с нашей страной, и мы можем это только приветствовать. Конечно, переговоры, в частности, по Украине, пока продвигаются с трудом. Париж, как впрочем и Берлин, туго спеленат внутриесовской дисциплиной, что крайне затрудняет ему свободу маневра. Страны ЕС и их лидеры — Франция и Германия — закрывают глаза на действия Киева по торпедированию минских соглашений.
В итоге украинские власти чувствуют определенную безнаказанность и не выполняют собственные обязательства. Однако вода камень точит. Я уверен, что постепенно Россия вместе с Парижем и Берлином смогут способствовать установлению прочного мира на Украине и уважительного диалога между Донецком, Луганском и Киевом.

Что касается возможного саммита нормандского формата, то условия для него пока не созрели. Сперва необходимо добиться полного выполнения Киевом прежних договоренностей лидеров стран нормандской четверки. К тому же нормандский формат играет лишь вспомогательную роль в урегулировании внутриукраинского конфликта. Его основная задача — придавать политический импульс прямому диалогу сторон — Донецку, Луганску и Киеву, от чего украинские власти упорно уклоняются.

— Как вы оцениваете попытки Франции включиться в политическое урегулирование конфликта в Сирии в рамках малой группы? Сблизились ли за последние полгода позиции Франции и России по ситуации в Сирии?

— Хочу отметить, что двусторонний диалог с Парижем по Сирии не прекращался и продолжается и сегодня. Причем на постоянной и довольной регулярной основе. Дополнительный импульс придали ему встречи президентов России и Франции в Санкт-Петербурге и Москве в мае и июле. Полагаем, что в последнее время французская позиция по Сирии в целом эволюционировала в сторону большего реализма.

Что необходимо сегодня для политического урегулирования в Сирии? В общем-то, лишь одно. Усадить сирийские стороны за стол переговоров на основе согласованных принципов и помочь им начать прямой диалог, как это предусмотрено резолюцией 2254 СБ ООН. Эта резолюция гласит, что переговорный процесс должен быть инклюзивным, то есть в нем должны участвовать делегации правительства Сирии и всего спектра оппозиции. А вопросы политического урегулирования должны решаться самими сирийцами на основе взаимного согласия. Так же, как в Москве, в Париже это понимают.
Со своей стороны полагаем необходимым всецело содействовать долгосрочному политическому урегулированию, в частности, с учетом рекомендаций, принятых Конгрессом сирийского национального диалога в Сочи 30 января. Мы, со своей стороны, продолжаем работу с правительством Сирии и оппозицией в рамках астанинского процесса совместно с нашими партнерами — Турцией и Ираном. Этот формат переговоров доказал свою дееспособность и дает весомый результат.

Что касается так называемой малой группы (ее костяк составили США, Великобритания, Франция, Иордания и Саудовская Аравия, к которым впоследствии присоединилась Германия и недавно Египет), то они, в свою очередь, также заявляют о намерениях работать на благо Сирии. Но при этом действуют келейно, сирийские стороны к участию в дискуссиях не привлекают. Это вызывает вопросы. Однако для того чтобы процесс урегулирования приобрел широкий характер и у нас были максимально высокие шансы на окончательный успех, вести диалог с малой группой мы готовы. Это по итогам переговоров с Эммануэлем Макроном в Санкт-Петербурге и Москве, а затем и Дональдом Трампом в Хельсинки, подтвердил президент России Владимир Путин. Попробуем скоординировать наши усилия с усилиями малой группы государств. Разумеется, считаем возможным делать это исключительно при соблюдении принципа уважения суверенитета Сирии.
Призываем всех партнеров, в том числе и Францию, снять введенные в отношении Сирии односторонние рестрикции и санкции и начать оказывать содействие в восстановлении этой страны без каких бы то ни было предварительных условий. Обсуждаем сейчас вопросы активизации гуманитарного сотрудничества по двусторонней линии со странами ЕС, прежде всего с Францией, а также первые практические шаги в этом направлении.

— Во французском парламенте обсуждают закон о фейковых новостях, предложенный партией Макрона "Республика на марше". При этом в клевете французский президент обвинял только российские СМИ — телеканал RT и агентство Sputnik. Эксперты считают, что закон направлен именно против них. Может ли этот закон, на ваш взгляд, привести к информационной блокаде российских СМИ во Франции?

— Вы, вероятно, знаете, что данный законопроект вызвал широкую полемику не только в иностранной медиасреде, в том числе российской, но и в самой Франции. Многие эксперты склонны считать, что попытка государства на законодательном уровне делить СМИ на хорошие и плохие, надежные и ненадежные не что иное, как цензура. К тому же не совсем понятно, как его будут применять на практике. Здесь хочется спросить, а судьи кто и как они, эти судьи, будут определять, какая публикация или сюжет подпадают под действие этого закона, а что к нему не относится.

Закон также предусматривает наказание иностранного СМИ вплоть до отзыва лицензии на вещание. И здесь в один ряд встают не только российские, но все зарубежные СМИ, работающие во Франции. Безусловно, не может не вызывать озабоченности то, что именно телеканал RT France и агентство Sputnik французы записали в агенты влияния, а ряд экспертов говорят, что этот закон направлен непосредственно против них. Насколько мне известно, ни одно обвинение в адрес этих СМИ в распространении фейков не было подкреплено фактическими доказательствами. Надеемся, Франция все же не отойдет от своей позиции приверженности свободе слова, о которой мы так часто слышим.
— С какими вопросами в дипмиссию обращаются соотечественники? Можете ли припомнить какой-нибудь интересный случай?

— Прежде всего хочу отметить, что во Франции активно действует Координационный совет соотечественников, объединяющий более 250 ассоциаций. Ежегодно в Совет избираются 23 наиболее достойных соотечественника, представляющих все волны эмиграции во Францию, и они находятся в постоянном контакте с посольством, решая самые разные вопросы. Не могу сказать, что их просьбы необычны: как правило, мы оказываем разноплановую поддержку культурным и научно-просветительским проектам русской диаспоры. Но, конечно, встречаются и экзотические просьбы, например, связанные с поиском родственников, чьи следы затерялись на территории Франции в XX или даже XIX веке.

Один из последних примеров: с помощью неравнодушных французов в маленькой бургундской деревушке была найдена могила выдающегося члена движения Сопротивления, бежавшего из немецкого плена, Александра Черкасова. Семья Черкасовых безуспешно искала его следы все послевоенные годы, но только недавно эти поиски увенчались успехом. Из Барнаула на церемонию открытия памятной доски в месте захоронения советского партизана приехала его внучатая племянница Ирина Черкасова, что придало этому событию глубокое человеческое измерение.

Источник: https://ria.ru/interview/20180720/1525035950.html